Школа Счастья
и Света.



Учимся быть
детьми Божьими!


Это школа духовная
религиозная,
она хоть и детская,
но очень серьёзная.



Тут нет учителей
и даже нет уроков,
тут берут пример
только лишь с Пророков.



Приходите к нам смелей
ведь наша школа без дверей!
Под открытым она небом -
будет жить Земля отныне
не единым только хлебом!



У колокольни!

Литва, Вильнюс.


Творческий кружок
детей Божиих

Информация:


Tel. +370 614 63154.
Виталий.

Skype - vitalijusvilnius

religijafilosofija@gmail.com
 



Глава IV. СМЫСЛ ЖИЗНИ ЧЕЛОВЕКА.
ПРИЧИНЫ СТРАДАНИЙ И ПУТИ ВЫХОДА ИЗ ТЬМЫ

1. О любви и ее защите от натиска сатаны

   Как ни труден и мрачен этот мир, но высокое искусство все же доносит до нас отголоски подлинной гармонии бытия, той великой истины, имя которой – Любовь:

Говорят, что каждый год
Настает любви черед.
И вершины дальних гор
К морю синему влечет.

Как же им любить дано?

Тает снег, ручьем бежит,
В море тот ручей спешит,
Море жемчугом кипит,
Насыщая страсть вершин.

Так любить им суждено.

   Батырай

   Вертикаль и горизонталь мира – Небо и Земля, мужское и женское начало (горы и вода), и их соединение: крест – знак взаимной и гармоничной любви. Мужская и женская стороны бытия, как правая и левая рука, держат в объятиях любимое дитя – сотворенный мир, который сам, в свою очередь, с любовью тянется к Отцу, Создателю и Творцу, пытаясь обнять Его и стремясь стать равным Ему в способности ответной заботы и любви. А в Небесах – полное и гармоничное единство, взаимопроникновение, слияние мужского и женского начал в единое целое, где каждый остается самим собой, но не мыслит себя без другого. К этому единству и устремляет любящих путь любви.

Туда, где мы, полные сил,
Сможем, словно два пламени, слиться
И в ночи средь Небесных светил,
Как двойная звезда, засветиться.
– Я конца не предвижу пути.
Позови – я согласна идти! –

воспевает эту гармонию Э. Багряна (перевод А. Ахматовой) и напоминает две глубокие мысли, заложенные в извечных образах взаимной любви. Два пламени, две звезды – лишь тепло и свечение обоих обеспечивает любовь. Если же только один греет и светит, а другой наслаждается теплом и нежится в его лучах, подбрасывая в огонь сырые дрова капризов и обид, – такое пламя недолго будет ярким и чистым, скоро от него потянет дымком ссор, если оно вовсе не погаснет. И, во-вторых, два пламени возносятся ввысь, в Небеса, как одна, но двойная звезда – каждый остается сам собой, не растворяясь в другом и не теряя себя; оба, равные друг другу, превращаются в новую целостность.
   Основой любви является способность к гармоничному сотрудничеству. Ключевым в этом определении является понятие гармонии, то есть меры взаимности сотрудничества. Всякое отступление от нее в ту или иную сторону есть нарушение гармонии, а значит – и любви.
   Любовь – это не то, что мы получаем от другого ("Я так люблю тебя" у многих означает: "Мне так нравятся твоя любовь и забота обо мне"), а то, что отдаем. Истинная любовь – всегда самоотдача, поэтому первое и главное – уметь видеть свой вклад в любовь, постоянно проверять, не являемся ли мы только потребителями чужой любви и не нарушаем ли тем самым меру отдачи, меру своего положительного участия.
   Но в нашем падшем мире всегда надо уметь видеть и обратную сторону – каков результат вклада, дает ли он отдачу? Не нарушена ли мера в противоположную сторону, и умножает ли наш вклад любовь в этом мире – или же через подставленного нам в виде воронки сатанинского сыночка (или дочки) она утекает в пустоту, в бездонную прорву, лишь умножая силы зла? Да, да, не удивляйтесь. Нам никогда не говорили, что любовь может умножить зло в этом мире, что, неверно направленная и отданная в недостойные руки, она превращается в зло. Нас все время учили – люби. Люби всех, особенно бедных, обиженных и обездоленных – они так нуждаются в твоей любви, так жаждут ее! Но разве мы боги, чтобы любить всех и вся? Чтобы "взять на себя все немощи и болезни" (Мф. 8, 17), что мог сделать только сам Спаситель. Здесь опаснейшая подмена и двойное нарушение меры. Во-первых, от нас требуют бесконечной любви, к которой мы не готовы. Результат получается: "Миру по нитке – голая станешь" (А. Вознесенский "Песня Офелии"). А с другой стороны, нарушается мера вклада того, кого мы якобы любим. И происходит полное переворачивание любви – вместо самоотдачи поощряется потребительство, вместо "я люблю" воспитывается "я хочу любви, я хочу быть любимым". Вместо носителей любви люди хотят быть ее получателями. Тех людей, которые так мыслят, мы не собираемся перевоспитывать и убеждать. Мы знаем, что это невозможно, что извращенное представление о любви заложено очень глубоко в их природе, что они хищники и потребители по натуре, что это те самые сатанинские души, которые если кто и может переделать, то только сам Господь, но не мы с вами. Здесь, на земле, надо спасать и защищать от них свою любовь, потому что они – самые страшные ее разрушители. Назвать их иначе, как сатанинскими сыночками и дочерьми, мы не можем. Это их суть. Мы уже несколько раз используем это определение, подошло время объяснить его. Соотношение всех параметров, о которых мы говорили, – положительных и отрицательных образов, возрастов, способностей и т.д. – можно выразить в итоговом процентном показателе: как степень влияния на душу небесных и демонических сил. При этом мы учитываем два важных показателя – природные задатки, т.е. соотношение, которое было при рождении, и то, как душа живет данную жизнь, ибо в ряде случаев людям удается поменять исходные параметры (к сожалению, чаще в отрицательную, чем положительную сторону). Этот показатель не просто суммирует, но и дополняет остальные. По нему можно определить степень свободы или, наоборот, фатальности души, обусловленных ее предшествующим путем. Для нашей грешной земли за норму принимается нейтральное соотношение равных воздействий 50/50. Но может быть и почти полная фатальность, и, напротив, большое пространство свободы. Если воздействие одной из сторон возрастает до 60%, душу можно считать положительной или отрицательной. Если у души 70% снизу, она уже не проходит в чистилище. С этого рубежа мы и начинаем считать душу сатанинской. Хотя накопление свойств идет и до этого, 20/60 – тоже не подарок.
   Одна из самых опасных идей сатаны, поданная, как всегда, в красивой упаковке, – что очень неделикатно, некрасиво, неприлично называть подлеца подлецом, паразита – паразитом, зло – злом. Мы до последнего не хотим видеть очевидного. Но за эту якобы гуманность приходится серьезно платить. Нежелание из-за ложно понимаемой деликатности заниматься различением черного и белого приводит к духовной слепоте, к потере ориентиров, к тому, что мы и в самом деле начинаем принимать тьму за свет – ведь она так настаивает, что она и есть свет. Между прочим, напор, давление самый характерный и безошибочный признак зла. Чем сильнее на вас давят – пусть даже жалостью, чем больше ваш возлюбленный настаивает, что не может без вас жить, тем больше гарантий, что вы имеете дело с сатанинским порождением, тем скорее и бесповоротней надо разрывать эту связь, эти веревки и цепи, которыми вас хотят скрутить.
   Нарастали эти явления постепенно и в рамках религиозного сознания, но особенно усугубились после торжества атеизма и материализма. Кстати, не только у нас. На Западе это произошло даже раньше. Начиная с эпохи Возрождения, на основе возвращения языческого сознания античности, идеи гуманизма и подготовили почву для превращения человека в высшую ценность бытия. Особенно ярко это проявилось в нашей стране. Халима вспоминает, как один умный и честный верующий мусульманин после выхода "Морального кодекса строителя коммунизма" долго изучал его и, наконец, сказал: в принципе, все совпадает с религиозными заповедями, только тут говорят, что Бога нет, – вот и все различия. И в самом деле, атеизм отменил только это положение, все остальные так называемые "положительные нравственные ценности" оставил почти без изменений. Но опыт нашей жизни блестяще доказал, что это остальное полностью извращается, если отбрасывают основание, краеугольный камень, на котором строится смысл жизни людей.
   Превращение человека в цель и смысл своей собственной жизни ("все для человека, все для блага человека") не только отдает элементарным эгоизмом, но провозглашает потребительскую ориентацию, воровство и насилие принципом отношения к окружающему миру. Вспомните знаменитый лозунг Мичурина: "Не следует ждать милостей от природы, взять их у нее – наша задача".
   По сути дела, отменив первую и главную заповедь закона любви, провозглашаемого всеми положительными религиями, нам оставили в качестве высшей вторую: любовь к ближнему. Но тем самым нам вместо Бога на высшую ступень бытия посадили человека – падшее и грешное ныне Его творение. Заповедь любви к Богу включала в себя и "не сотвори себе кумира, не поклоняйся ему" (Исход. 20, 4-5). А именно это и произошло, когда человека объявили главной ценностью Бытия.
   Но может ли несовершенный, бренный человек дать необходимую опору в определении смысла жизни, критериев ее оценки? Может ли он быть истинной целью – служить гарантией прочности, несокрушимости, верности, возвышенности и любви, заключенных в понятии Бога? Чтобы идти по шатким и опасным дорогам земной жизни, необходимо иметь четкую цель – она придает смысл движению, указывает, как маяк, путь, помогает выбраться из грязи и мрака на чистое, светлое место. Душа не выпадает из жизни, пока есть цель – за нее можно держаться в трудные минуты, она порождает надежду, становится опорой. Пока есть надежда, жив человек.
   Но цель должна быть надежной и прочной, иначе она не оправдывает себя. Надежда должна быть нетленной – иначе она теряет свой смысл. Мало того, цель должна быть еще и желанной, должна быть предметом любви – чтобы мы радостно и свободно тянулись к ней, как к идеалу, истинному образу совершенства. Только при этом в ней фиксируется все необходимое. Достаточно очевидно, что в земном несовершенном мире не найти подобного ориентира. Им может быть идеально совершенное, полное и гармоничное существо, воплощающее все способности в лучшем проявлении, – то есть Бог, каков он есть по своему определению. Только Бог может обеспечить полноту и цельность, необходимые для всеобъемлющей основы любви, только Бог может быть высшим понятием, воплощением и целью любви. Все остальное – любовь к другим людям, природе, делу, вещам, чему угодно – лишь частные составляющие, производные от основного – Любви к Богу. Стремление к Богу, движение к Нему, упование на Него и есть истинный путь души. Это стремление к полной внутренней и внешней гармонии, совершенству во всем – ко всеобъемлющей полноте любви: "Итак будьте совершенны, как совершен Отец ваш Небесный" (Мф. 5, 48). Стремление еще не значит достижение, но если есть в нас эта путеводная звезда, эта связующая с вечностью серебряная нить, душа обретает спокойствие и уверенность на жизненном пути, черпает из этого источника силы для движения, имеет надежную опору во всех неожиданностях и невзгодах земного существования. Только на этом глобальном уровне люди осознанно включаются в цельность мироздания.
   Сказав, что Бога нет, люди сорвали себя с этого глобального уровня, их жизнь приобрела частичный и отрывочный характер. Мы потеряли высший ориентир, высший предмет любви и источник надежды и заменили двумя частными и производными вещами – таким же смертным и грешным человеком, как мы сами, или делом, работой. В первом случае люди видят смысл жизни в любви к конкретному человеку, добрых отношениях в семье. В 80-е годы у нас в стране до 65% населения полагали в этом смысл жизни. Но может ли дать человек такие же гарантии надежности и верности, как Всевышний? Кто из нас может быть уверен полностью даже в себе, а что говорить о других? Сколько душ истерзано, сколько духовных устремлений растоптано из-за этого заблуждения. Человек может подвести на любом повороте – и при этом рушится весь заветный мир, мечта и надежда души. Но беда в том, что рушится с той громадной силой, которую являет душа в мироздании. Если бы это касалось маленькой мошки, было бы не страшно, а тут сотрясаются опоры мироздания – помощники Творца в очищении земли. Трагедия несостоявшейся любви действительно превращается в мировую трагедию. Ведь чувство любви так сильно потому, что силен сам человек, что за ним стоит огромная скрытая мощь. И вся его невидимая мощь дрожит и трепещет от несостоявшейся любви. Из всех, видящих счастье в любви, лишь 10% могут в какой-то мере реализовать свои устремления. И то нужно учесть, что счастливы они лишь субъективно, в самооценке, но объективно это счастье не может быть полным и прочным из-за непредвиденных обстоятельств, да и просто из-за смертности человека.
   Второй вариант – обожествление деятельности человека, возведение на пьедестал творения его рук, ума, таланта. Если первый вариант сложился стихийно, на уровне обыденного сознания, то под это положение подведена серьезная теоретическая база, это одна из последних попыток материализма оправдать себя. Деятельность как основа культуры стала предметом изучения ведущих советских философов в 70-80-е годы. Бессмертием деятельности даже попытались заменить бессмертие души. Но взглянем объективно на историю человечества: сколько раз плоды деятельности приносили совсем не то, о чем мечтали ученые, изобретатели? И вообще, сколь несовершенна наша деятельность, если высшим ее достижением на сегодняшний день является сверхразрушительное оружие – не им ли хотят достичь бессмертия его творцы? Даже совершенные творения художников и поэтов – если не признавать их нетленное существование в тонком мире – сколько раз гибли под ударами разрушительной стихии, а если даже и доходили до людей, то часто ли их оценивали по достоинству? Не тюрьмами ли, ссылками, лагерями и расстрелами вымощен путь наиболее талантливых сынов и дочерей человечества?
   В чем преимущества Бога, если мы принимаем Его как высшую цель? Да, Его невозможно потрогать в физическом теле, нельзя из Его рук получить сверток с продовольствием в подарок (хотя Он может и это, но не сам, а через других людей). Да, мы не можем физически прийти к Нему в гости. Хотя духовно зрелые люди в душе своей могут и видеть Бога, и советоваться с Ним по важным вопросам, и получать помощь в делах, поддержку в жизни.
   Но главный смысл Бога – в Его вечности, неизменности, несокрушимости. Он никогда не отворачивается от души, если человек сам не отворачивается от Него. Он никому не навязывает свою волю, лишь подсказывает, если сам попросишь о помощи. А если поступишь не так, как Он посоветовал и пожнешь полной мерой плоды своеволия, Он не будет, как родители или близкие, например, отворачиваться, потому что вы Ему не угодили, не будет демонстрировать перепады настроения, как люди, от которых могут зависеть ваша судьба на работе или выдача ордера на квартиру. Он никогда не обманет, ни при каких обстоятельствах не подведет. Это самое чистое, самое гармоничное, совершенное и надежное в мире – никем и ничем не заменимое.
   Чем больше душа ощущает Бога как высшую ценность и цель бытия, чем крепче ее связь со Всевышним, тем прочнее ее положение в мире. Можно претерпеть крушение любых земных надежд, может предать лучший друг, может подвести или оказаться недостойным любимый. Но если в душе есть Бог, то она неуязвима, ибо остается нетленной и несокрушимой ее главная опора, надежда и упование.
   Лишь ощущение Бога дает душе истинную меру для оценки всего мира. Иначе мы можем погубить себя на том, что не стоит и ногтя на нашем мизинце, а это, увы, бывает не так уж редко. И, напротив, так спокойны и счастливы люди, живущие самой скромной жизнью, но хранящие высшую ценность в душе, что вызывает злобное недоумение и зависть владельцев роскошных дач и машин, обладателей высоких постов и громкой славы, если нет у них в душе главной духовной опоры.
   Заповедь любви к Богу есть первая и наиглавнейшая. Вторая вытекает из первой и является ее прямым продолжением и развитием. Любить надо не просто ближнего как такового, надо любить ближнего как творение Божие и в той мере, в какой это Божественное начало проявляется в нем. Мало того, и сами наши отношения с близкими должны оцениваться с точки зрения первой заповеди – в какой мере они гармоничны, в какой степени умножают мир и любовь в наших душах, в какой мере способствуют нашему приближению к Богу. Отдать свою любовь такому ближнему, который не умеет ее ценить и уважать, – значит, нарушить все заповеди. Если наши отношения дисгармоничны, если мы страдаем и плачем от них или впадаем в раздражение, то что Божественного в этих отношениях? Первая заповедь говорит, что надо любить красоту, доброту, гармонию и совершенство, в чем бы они ни проявлялись, а все несовершенное, напротив, удаляет нас от Бога. Но нарушается при этом и вторая заповедь, которая есть не только заповедь любви к ближнему, но и заповедь любви к себе: "Возлюби ближнего твоего, как самого себя" – сказано Спасителем (Мф. 22, 39). Но это означает, с другой стороны, что надо любить и себя, как ближнего. Суть этой заповеди в том, что только гармоничная, обоюдная, равная любовь и может считаться любовью от Бога. Остальное – ее извращение сатаной.
   Отношение гармонии означает, что надо в равной степени любить и себя, и ближнего. Не больше, но и не меньше. А вот это мы и забываем. Мы отдаем себя другому, подчиняем свою жизнь его прихотям и капризам – и забываем о себе, о любви к себе. А значит, забываем о любви, изменяем Богу. Альтруизм, безответная забота о ближних есть не любовь, как нас пытаются убедить, а прямая противоположность любви. Безответная альтруистическая любовь есть самое замечательное изобретение сатаны для разрушения любви – прости, Господи! Альтруизм придумали эгоисты для того, чтобы было кому обслуживать их эгоизм. Это все та же сатанинская "справедливость". Задумаемся, в чем суть альтруистической якобы заботы о ближнем? Эгоист мыслит: "Я так хочу и будет по-моему!" Альтруист мыслит: "Он так хочет, пусть будет по-его". Идеальное дополнение. Одно без другого невозможно. Мало того, альтруистическая любовь, скажем, к детям, есть не только обслуживание, но и прекрасное средство воспитания эгоизма в предмете своей якобы заботы. Потакайте всем капризам своего любимого чада и посмотрите потом, что получится в результате.
   Любить надо не ближнего как такового, а отношение любви с ближним. Любить надо Божественное в ближнем и стараться развить его, а все, что ему мешает, – устранить. Сатана навязывает нам любовь к ближнему во всей якобы полноте: надо любить со всеми недостатками, надо любить такого, какой есть, – грязного, злобного, раздражительного, капризного. И если мы попадаемся на эту удочку, то даже не замечаем, как изменяем первой заповеди, как вместо Бога начинаем любить сатану, – ведь мы порой начинаем любить уже не ближнего, а его капризы, его прихоти становятся нам важнее всего на свете, даже самого Бога. Вместо любви к совершенству сатана нам навязывает патологическую страсть к несовершенству, к дисгармонии, ущербности. Нет ничего более извращенного, чем неравная любовь-жалость, любовь потому, что "он без меня не может", потому, что "он такой несчастный", потому, что "ему без меня плохо", потому, что "его никто не любит". Это антилюбовь, это унижение и уничтожение любви.
   Сатана здорово постарался, чтобы извратить заповедь любви к ближнему. Для этого были пущены в ход все средства, вплоть до неточного перевода Евангелия. Безответную неразделенную любовь он пытается подать как высшее проявление самоотдачи, к которому якобы призывал Иисус Христос: "Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих" (Ин. 15, 13). Но простите, каких "друзей" подсовывает нам сатана? Своих любимых сыночков и дочерей – самых хищных, самых алчных, самых настойчивых и наглых выпрашивателей чужой любви. Ну как им отказать, если они так требуют любви, так довольны, когда мы о них заботимся, так восхищаются нашим умением любить их. Но – только их! Они – ваши единственные, самые любимые, они постоянно требуют от вас подтверждения их исключительности, что они – выше всего в мире. Но простите, нет ли тут богохульства, ведь только Он может быть выше всего?! Вот этого они стерпеть не могут, чтобы был кто-то еще. Стоит вам отдать хотя бы часть даже не любви, а просто внимания еще кому-то – пусть это даже ваши родители или дети – тут же вскипает дичайшая ревность, в том числе и к Богу. Мне лично – отвлекусь на секунду – было заявлено в то время, как я стал приобщаться к церкви, что я слишком часто (раз в месяц) хожу туда. Когда же я робко напомнил, что она сама когда-то первая завела со мной разговор о Боге, то получил предельно четкий ответ (его я запомнил дословно): "Но не в такой же степени!" Да, да, именно так – любить Бога они не воспрещают, но только после них. Так о таких ли "друзьях" говорил в своей заповеди Иисус Христос?
   Нам могут еще возразить (с подачи сатаны, конечно): там же написано – "любите врагов ваших, и благотворите, и взаймы давайте, не ожидая ничего" (Лк. 6, 35). Что же, здесь как раз и проявляется во всем коварстве сатанинская тактика смешения света и тьмы. Что у Бога расчленено и дифференцировано, отделено друг от друга, сатана старается смешать в одну кучу, превратить в смутную груду, где исчезают все различия. Что в древнегреческом и арамейском языках (на которых писались Евангелия) выражалось 3-4 понятиями, – скажем, в греческом "филия", "эрос", "агапе" и т.д., – в русском тексте переведено одним словом "любовь". Неудивительно поэтому, что мы часто путаем любовь к мороженому с Любовью к Богу – прости, Господи! То есть путаем саму любовь с ее свойствами, с ее проявлениями. По поводу врагов Спаситель говорит лишь только то, что их не надо ненавидеть, надо относиться к ним по-доброму, без зла, но об этом чуть позже. А по отношению к нищим, нуждающимся нужно проявлять заботу, милосердие, жалость. Но это не есть то же, что любовь, – разве там написано, что врага или нищего надо любить так же, как свою возлюбленную или желанного гостя? Да, просящим – давайте, да, нищих, увечных, больных надо жалеть, но надо ли снизводить любовь до уровня подаяния нищему?
   Любовь возможна только между духовно равными сторонами. Истинная любовь – лишь взаимная любовь. Помня это, не надо попадаться на еще одну подставку – всерьез считать смыслом жизни любовь к детям – еще одному кумиру, которого нам пытались подсунуть вместо Бога, убедить, что смысл жизни реализуется не здесь и сейчас – в своем поколении, – а в "светлом будущем грядущих поколений". О детях можно и нужно заботиться, это важное проявление любви родителей, но любить детей той же любовью, что мужа или жену, нельзя – они не могут вам ответить тем же. Они будут искать себе любовь среди сверстников, а если родители (особенно матери-одиночки) пытаются вложить в своих бедных чад всю нерастраченную силу своей страсти – это тоже патология. Счастье может быть только взаимным, а дети не могут ответить вам той же мерой. Самое лучшее, что могут сделать родители для своего ребенка, – любить друг друга, чтобы он рос в атмосфере любви.
   Но очень интересно, что эта мысль бытует часто в такой интерпретации: самое лучшее, что может сделать отец для ребенка, – любить его мать. Это сказал профессиональный психолог в семейной консультации. Все та же идея безответной самоотверженной любви в новой модификации – отец отдает любовь матери, мать – ребенку, ну а ему, кроме как сатане (за редчайшим исключением), уже отдавать некуда: прекрасная вампирическая система. И когда некоторые женщины пытаются любить ребенка той же любовью, что его родителя, то калечат жизнь и себе, и ребенку. Многие женщины, родив ребенка, начинают неверно относиться к роли мужа, считать его придатком, необходимым лишь для материального обеспечения детей, перестают обращать на него должное внимание и, как следствие, – теряют.
   А потом вырастают дети, и начинаются новые страдания, коверкаются отношения уже следующих поколений. Ребенок превращается в сверхценность, затмевает весь белый свет. Сначала его боятся куда-то отпустить, затем ревнуют к сверстникам и, наконец, находят истинных и достойных соперников в лице жены своего сына или мужа дочери. Тут уже родительская сверхлюбовь проявляется во всем своем сатанинском блеске, обрушивая на предмет ревности сотни и тысячи структур черной магии, разрушая брак и возвращая под родительский кров свое сверхдрагоценное вечное дитя. Муж должен быть дороже ребенка. Муж – это ваше, а ребенок – не ваше: "оставит человек отца своего и мать свою и соединится (в каноническом переводе – "прилепится") с женой своей" (Быт. 2, 24; Мф. 19, 5 и др.). Если бы родители не привязывались излишне к своим чадам и тем самым не привязывали их к себе, то не было бы и лишних расстройств.
   И еще об одной подставке – ложном понимании брака и прелюбодеяния. Блуд, прелюбодеяние, измена любимому – страшнейший грех, приравненный к убийству. Физические половые связи характерны только для земного типа цивилизации и демонических миров. Одним из очень существенных моментов падения был блуд. Блуд – это неверность, а "неверный в малом неверен и в большом" ("во многом" – в каноническом переводе) (Лк. 16, 10): невозможно быть верным Богу и изменять ближнему. Но тут-то и надо разобраться – что такое измена. К этому вопросу нельзя подходить формально, как это делают и церковь, и государство, всячески порицая разводы.
   Надо видеть обе стороны вопроса. Любовь сегодня очень искажена, и неравные сатанинские браки – типичное явление. Расторжение такого брака можно только приветствовать. Но как это определить? Тут мы подходим к другой стороне вопроса – и церковь, и соответствующие службы государства должны быть призваны следить за тем, чтобы не допускать подобных альянсов. Это сегодня уже нетрудно сделать – совместимость можно определять через каналы ясноинформации, можно через астрологические данные. Мы, по крайней мере, подобные консультации даем, они занимают не очень много времени.
   Но церковь, к сожалению, утеряла эти способности, свойственные деятелям раннего христианства, и теперь одобряет все браки подряд. А потом запрещает расторгать, если что-то неладно. Между тем, если приходят два заведомо не подходящих друг другу человека, молодая девушка выходит за старика, задача священника в том, чтобы не допустить этого брака. Он не имеет права благословлять то, что Бог не одобряет. А Бог одобряет лишь равный союз.
   Поэтому расторжение такого небогоугодного брака после назревания всех его внутренних противоречий и последующий одобряемый союз не есть блуд. Не надо за ошибку платить еще большей ошибкой, "не прибавлять вреда ко вреду", как пишет преподобный Серафим Саровский в своих "Наставлениях" (гл. 13, о подвигах).
   Блуд есть не ошибка, а сознательная измена, допущение в сознание мысли о том, что можно быть еще с кем-то другим, кроме того, кто у тебя есть: "сказано: "не прелюбодействуй" ... А Я говорю вам, что всякий, кто смотрит на женщину с вожделением, уже прелюбодействовал с нею в сердце своем" (Мф. 5, 27-28). Именно мысль есть прелюбодеяние. В чистых мирах физических отношений нет, там отношения любящих выражаются в особом объединении их тонких планов. Но души земных людей по природе причастны к чистым небесным мирам, поэтому то же характерно и для истинно любящих друг друга на земле. Даже мысль о другом мгновенно разрушает эту тонкую связь и устанавливает другую – эротическую, сексуально-вампирическую связь с предметом вожделения. И можно себе представить боль и скорбь Спасителя, видевшего вокруг постоянный блуд, ибо связи любви и связи вожделения на тонком плане принципиально различны.
   У любящих происходит объединение сферических оболочек ауры и возникает структура типа восьмерки, или точнее – знака бесконечности (∞). В бездуховных сексуальных контактах возникает связь типа вампирической – из чакры в чакру (чакры вообще являются системой сатанинской энергетики и напрямую связаны с демоническими мирами соответствующего уровня). Влечение к телу есть не любовь, а демоническая страсть. Они ведь тоже по-своему "любят" чистое и светлое, но только их патологическая страсть состоит в том, чтобы нарушить чистоту, замутить свет, они испытывают от этого садистское удовлетворение. Всем известны случаи, когда яркие красавцы (а сатана всегда умел ослепить, пустить пыль в глаза) обольщают невинных девушек, а потом бросают их. Они свое дело сделали – разрушили чистоту, остальное их не интересует. Вот почему религиозные учения так высоко ценят невинность – ненарушенную чистоту. А сейчас во времена пропаганды "сексуальной свободы" это стало уже даже неприлично. Умелой демагогией сатана заставляет всех добровольно лезть в грязь, а потом демонстрирует, что он не при чем, что люди сами любят зло больше добра, что по природе человек тянется к сатане, а не к Богу – прости, Господи!
   Вот почему так важно хранить себя от случайных связей и отношений, широко пропагандируемых сегодня под лозунгом "свободы любви". Это не свобода любви, а свобода разврата, свобода блуда. Сексуальные связи возникают даже при заинтересованном взгляде на нескромные изображения, которыми сейчас обвешано все вокруг. "К свободе призваны вы, братия, – предупреждал апостол Павел, – только бы свобода (ваша) не была поводом к угождению плоти; но любовью служите друг другу" (Галатам, 5, 13). Кстати, через эти плакаты, порнографические фильмы, сексуально-просветительскую литературу идет страшнейший вампиризм. И гинекологические заболевания у женщин, простатит и импотенция у мужчин напрямую связаны с этим морем разврата, властно рвущегося в наши души. Надо уметь противостоять ему, и прежде всего сознанием: отчетливым пониманием, что любовь – это не постель прежде всего, а душевно-психологическая и духовная близость с возлюбленным. Постель – не основание для брака, чем заманивают сатанинские дочки чистых молодых ребят. Если хорошо только в постели – это блуд, а не любовь. Соединять жизнь можно только в том случае, если вам хорошо без постели. Поймите, в браке и любви физические отношения не на первом, а на 3-4-м месте, на них прочный брак никогда не построишь. На этом строятся типичные вампирические союзы – семь жен Синей бороды, мужья, умирающие от чахотки один за другим у блестящей красавицы и т.п.
   Демагогия сексуальной свободы становится очевидной, если присмотреться к тем мировоззренческим установкам, на которых она строится. Эти "учебники" созданы якобы для того, чтобы научить любящих получать наслаждение от физической близости. Но, простите, об удовлетворении кого учат эти пособия по блуду? Нас убеждают, что у каждого человека есть возможность получать удовольствие от плотских отношений, что он имеет половые потребности и должен их удовлетворять – "ничто человеческое ему не чуждо". Но чьи потребности нас призывают удовлетворять? Прежде всего, конечно, свои, но надо – спохватываются – подумать и о партнере. Вот так, прямо и открыто – не любимый, а партнер. Один "партнер" не подошел – попробуй другого. Такое поведение характерно для демонических миров, где многомужество и многоженство, коллективные оргии считаются положительным объединяющим явлением. В чем тут единство – тоже понятно: объединяются во зле, в разрушении чистоты и верности.
   И тут больше требований предъявляется к женщине. Верность – это свойство женского начала мироздания. Это не значит, что мужчине по природе свойственна неверность, и что, ссылаясь на этот недостаток своей природы, мужчина имеет право быть неверным. У мужчин есть другие сильные качества – разум и воля, которые позволяют бороться со своей слабостью в этом отношении. Женщине же верность присуща по природе, это одно из ее основных свойств. И нарушение верности ею – нарушение самой своей природы, потеря себя как личности. Для женщины "свободное" поведение более опасно и разрушительно. Грехопадение и в глобальном масштабе, и на земле началось с нарушения верности женщиной. Вместо мужа Ева с интересом посмотрела на соблазнявшего ее демонического красавца – и этого было достаточно для начала падения. Разорвалась защитная связь любви между Адамом и Евой, он оказался открыт ударам зла, чем сатана мгновенно воспользовался. Поэтому для женщины формула "он меня соблазнил" – не оправдание. Да, тот кто соблазняет – виноват, и он полной мерой ответит за это: "горе тому человеку, чрез которого соблазн приходит. А кто соблазнит одного из малых сих, верующих в Меня, тому лучше было бы, если бы повесили ему мельничный жернов на шею и потопили его во глубине морской" (Мф. 18, 6-7). Но тот, кто пал перед соблазном, изменяет Богу. Бог есть любовь, одно из главных свойств любви – верность, и даже если у вас никого нет, все равно. Любовь есть духовный союз, и тот, кто идет на плотские отношения без любви, изменяет самой любви – значит, Богу.
   Плотская страсть и истинная любовь – совершенно разные вещи. Любовь ненавязчива, страсть ослепляюща и захватывающа, перед ней одному – без Бога в душе – не устоять. Чем сильнее влечет к кому-то, чем на более безрассудные поступки вы готовы решиться ради обольстителя, тем больше вероятность, что это сатанинский соблазн. Его особенности блестяще описаны в известном цикле Ф. Тютчева:

Любовь, любовь – гласит преданье –
Союз души с душой родной,
Их съединенье, сочетанье,
И роковое их слиянье.
И ... поединок роковой ...
И чем одно из них нежнее
В борьбе неравной двух сердец,
Тем неизбежней и вернее,
Любя, страдая, грустно млея,
Оно изноет наконец ...

   Здесь четко выражена идейная суть сатанинской "любви": борьба за овладевание чистой душой, "завоевание" руки и сердца, радостный восторг того, кому льстит борьба за него и последующее паденье с неизбежным и закономерным завершением боевых действий:

О, как убийственно мы любим,
Как в буйной слепоте страстей
Мы то всего вернее губим,
Что сердцу нашему милей!

Давно ль, гордясь своей победой,
Ты говорил: она моя ...
Год не прошел – спроси и сведай,
Что уцелело от нея?

Куда ланит девались розы,
Улыбка уст и блеск очей!
Все опалили, выжгли слезы
Горючей влагою своей.

Ты помнишь ли при вашей встрече,
При первой встрече роковой,
Ее волшебный взор, и речи,
И смех младенческий живой?

Судьбы ужасным приговором
Твоя любовь для ней была,
И незаслуженным позором
На жизнь ее она легла!

О, как убийственно мы любим ...

   – крепость души пала и идет ее разграбление победителем, уничтожается и топчется все чистое и светлое, что было в этой столь желанной, столь "вкусной" душе. Но вот пир закончен, роковой любовник проглотил все, что мог, и начинаются претензии, упреки, ссоры, обиды:

Он мерит воздух мне так бережно и скудно ...
Не мерят так и лютому врагу ...
Ох, я дышу еще болезненно и трудно,
Могу дышать, но жить уж не могу.

   – точная клиническая картина симптомов последствий страстно-любовного вампиризма.
   Страстная любовь всегда связана с объятиями, поцелуями, пробуждением плотских желаний, стремлением к близости. Порядочный положительный человек никогда не будет добиваться близости и всего того, что связано с нею, до глубинного, выяснения отношений, до понимания того, что обоим хорошо и без этого. Истинной любви совершенно чуждо "краснеть удушливой волной, едва соприкоснувшись рукавами". И если бы женщины хранили верность чистоте, верность Богу и не поддавались на дешевые соблазны сатанинских сыночков, то и мужчинам было бы куда сложнее изменять, они были бы вынуждены хранить верность.
   Впрочем, это в равной мере касается и чистых, порядочных мужчин, особенно молодых. За ними тоже идет охота подобных же хищников, только другого пола. Причем значительная часть охотниц имеет совсем не женский, а мужской тип поведения. В этом смысле Кармен вполне стоит Дон Жуана, она по своей сути и есть Дон Жуан. И если раньше еще можно было добавить – в юбке, то теперь и это излишне: они уже не скрывают свою измену женской сути – умению хранить верность и чистоту. Брюки, выпивка, сигареты, "свободное" поведение, сквернословие – вполне типичные признаки сатанинских дочек агрессивного толка. Другие, наоборот, завлекают слабостью, играют на жалости, лести, заботливости: "Ты такой замечательный, ты мой единственный, ни с кем больше мне не будет так хорошо". В таких случаях тоже стоит задуматься, а хорошо ли вам самому? – прежде, чем вешать эту вкрадчивую змею себе на шею со всеми описанными Тютчевым последствиями.
   В общем, если вас, не успев познакомиться, начинают обнимать и целовать – неважно, Она или Он, – если плотский контакт на танцульках или вечеринке предшествует духовному, или если вас начинают убеждать, что без вас не могут жить, если начинаются обиды, что вы недостаточно уделяете внимания, капризы и прихоти – бегите, как от смертельного огня, спасайтесь, ибо перед вами сатанинское пламя страстей, пожирающее и душу, и тело, если уступить их натиску, их давлению, их ползучей липкости и навязчивости.
   И если положительные люди по неопытности соблазняются на брак с сатанинскими служителями, если они искренне ошибаются, особенно в молодости, а потом в силу невыносимости жизни с этими ядовитыми или деспотичными, грубыми или взбалмошными, обидчивыми или капризными, раздражительными или ревнивыми и т.д. и т.п. (разновидностям их несть числа) хищниками и хищницами решаются уйти от них, то все силы сатанинской демагогии начинают уговаривать их жить ради семьи, ради детей. Тещи, свекрови или бабушки внушают житейскую мудрость, что любовь в семье – не самое главное, главное-забота о детях и т.д. Уловкам и изворотливости их тоже нет конца.
   Тут, правда, нужно оговорить важный момент – уходить надо не из-за другого. То есть не менять шило на мыло: одного сатанинского сыночка на другого, одну хищницу – на другую. Порядочный человек никогда не позарится на чужое, только хищникам приходит мысль думать о чужих мужьях и женах, как о своих. Чтобы быть чистыми перед Богом, уходить надо просто потому, что жить невыносимо, неприятно, трудно. Если нет гармонии и любви в семье – такая семья не от Бога, и преступление перед Богом жить по обязанности в ней. Жить не любя – это воистину самый изощренный из выдуманных сатаной видов блуда, ведь его благословляет даже сама церковь. Но "лучше голодать, чем что попало есть, и лучше одному, чем вместе с кем попало" (Омар Хайям).
   Эти люди знают только свою волю, навязывают всем себя и привлекают к этому все общественные институты. Раньше – церковь, в недавнем прошлом – ходили в партком и разбирали якобы разрушителей "социалистической семьи" на собраниях. Нельзя им отдавать себя на съедение! Дьявол назван "отцом лжи" потому, что он "говорит свое" (Ин. 8, 44). Где есть своеволие, давление на других в любой форме – это могут быть капризы, истерики, ревность, где есть страсть – все это не от Бога, и поддаваться этому нажиму, – значит, сдаться сатане и изменить Богу. Возлюбленные, будьте бдительны! Не давайте себя на съедение этим нелюдям – змеям и крокодилам на тонком плане.
   Нельзя не отметить и то, что сатанинские браки и соблазны совершаются с участием черной магии. Это не обязательно должно быть использование приворотных заговоров и обрядов, хотя некоторые не гнушаются и такими методами, ходят к бабкам или колдунам. А известный наш колдун Тарасов в выступлении по телевизору даже демагогически заявил: я ее предупреждаю, что будет отвечать ее сын, а она согласна – видите, мол, какая сила любви, – ну как после этого отказать просящей и не приворожить ей любимого. Но женщины, обращающиеся к подобным средствам, должны знать, что этот насильственный брак все равно не будет счастливым. Мужчины, даже если они были порядочными и чистыми – за что и понравились колдовавшей, – под влиянием приворотного колдовства неизбежно становятся безвольными: ведь насильно женить на себе можно, лишь подавив волю другого. А безволие открывает широкую дорогу всем остальным соблазнам. Милого-то получают в таких случаях (за редкими исключениями) сразу. Но по мере вызревания структур черной магии лет через 5-10 привороженные мужчины начинают сначала пить, а потом и гулять, потому что для того, чтобы хранить верность, нужны волевые усилия, а волевые центры повязаны колдовством. Поэтому устоять перед тем, кто их поманит в подходящей ситуации (в командировке, например), они не могут, какими бы порядочными ни были когда-то.
   Устоять против черной магии своими силами могут лишь очень высокодуховные люди. С помощью Бога у верующих есть возможность через церковь и молитву избавиться от колдовства. Некоторые случаи неудачи с привораживанием возникают и тогда, когда, как говорится, "нашла коса на камень" – когда за одного порядочного человека борются две сатанинские дочки. Тут уж одной, более слабой, придется уступить. Больше всех в этой ситуации жалко того, кто разрывается надвое злобной силой. Но не позавидуешь и самим соперницам – они так отделывают друг друга, даже не зная об этом (они же не видят, что делается по наговорам или другим магическим воздействиям), что сами заболевают через некоторое время.
   Опасность черной магии в том, что сатанинским служителям нет необходимости специально прибегать к наговорам или колдовать. Сатана наделяет этой способностью каждую попадающую в его лапы душу. И для этих людей достаточно уже одной мысли о том, что неплохо бы женить на себе понравившегося человека или побыть с девушкой, как тут же вступает в действие их природная черная магия и осыпает предмет их желаний десятками структур. Это могут быть не сами женихи и невесты, а их близкие, но суть дела от этого не меняется. Везде, где возникает неодолимое влечение к другому человеку, замешана черная магия. Страстная любовь, неукротимая любовь – не любовь, это болезненное влечение, обусловленное черномагическим воздействием другого человека, и ему надо всячески сопротивляться. В таких случаях помогает длительная разлука – древнее средство для лечения таких страстей. Но именно разлука – отдаление на большое расстояние от предмета страсти, в другой город, село – километров за 70-80 (таков диапазон действия средних служителей сатаны). Однако в случаях с мощными черными магами таким путем не справиться, их воздействие западает глубоко в душу, люди не могут избавиться от их образа, вампиризм идет даже на больших расстояниях, и здесь без помощи церкви и специального очищения сознания от их воздействия не обойтись.
   А одинокими в этой жизни остаются, как правило, самые чистые и светлые женщины, которые не идут на компромиссы с совестью, не поддаются на соблазн сатанинских сыночков и не имеют черной магии, чтобы насильно удержать возле себя другого чистого человека. Даже если положительным людям и удается соединиться, то нет гарантии, что какая-нибудь сатанинская дочка не уведет менее стойкого мужа. Этой хищницей запросто может стать лучшая подруга – они очень любят крутиться вокруг светлых людей. Сатана всеми силами старается разлучить равные пары и подсунуть каждому светлому своего темного. Поэтому Господь поручает своим силам всячески поддерживать и хранить на земле те редкие пары, которые живут в любви. Для этих пар очень важную роль играет освящение брака – венчание в христианстве, соответствующие обряды в исламе и иудаизме. Не надо только путать это с сатанинским свадебным обрядом, где идет торговля невестой и общая оргия с выпивкой.
   И церковь, и семья, и государство нам твердят о неверности жене или мужу, между тем есть только одна неверность – Богу. И если женщина или мужчина насилуют себя в браке с сатанинскими служителями, то измена любви, чистоте и свету уже состоялась. Будьте бдительны, не отдавайте себя на съедение, не доводите до греха.
   Насильно мил не будешь – не стоит ни навязывать себя другому, добиваясь его любви, соперничая с кем-то, ни соглашаться, когда кто-то навязывается вам. Нельзя ни осчастливить кого-либо собой, ни быть осчастливленным кем-то, кроме самого Господа. И уж тем более не должно быть никакого унижения ради любви. Там, где отношения строятся на ущемлении кого-то, не может быть любви. Настоящая любовь возникает чисто и спокойно с самого начала. После напряженных страстей сатанинских отношений она может нашему замутненному сознанию поначалу даже не показаться любовью – настолько в ней все просто и легко. Нет необходимости быть постоянно в напряжении, отстаивать свое право любить или, наоборот, свое право хоть на один ласковый взгляд и т.д., и т.п.
   В общем, надо четко различать и не путать три типа отношений: Любовь к Богу как высшему началу мироздания, источнику и главному предмету любви; любовь к ближнему – как стремление самому приблизиться к гармоничности Творца; и любовь к меньшим – как стремление овладеть способностью безответной заботы, милосердия, жизни по долгу.
   К Богу – стремление, упование и надежда; к ближнему – равное и гармоничное сотрудничество; к меньшим – обязанность, долг и забота.


Далее – 2. Искусство защиты любви и света.

 
2005-2017 © www.religijafilosofija.org